Bookmark and Share

Сегодня компьютер Macintosh празднует свой юбилей. Накануне этого знаменательного события редактор популярного ресурса Macworld Джейсон Снелл (Jason Snell) отправился в штаб-квартиру Apple в Купертино и пообщался с тремя топ-менеджерами компании. Предлагаю нашим замечательным читателям перевод этого интервью.

За последние 30 лет многое изменилось, особенно в столь динамичной сфере, как высокие технологии, но Apple и Mac всё ещё здесь. Путешественник во времени, попавший к нам сразу же после презентации Стива Джобса в 1984 году, без труда сумел бы узнать в сегодняшних Аймаках логическое продолжение оригинального Mac.

«Каждый производитель компьютеров, существовавший во времена, когда мы начинали работу над Mac, уже прекратил своё существование, — говорит Фил Шиллер, старший вице-президент Apple по международному маркетингу. — Кроме нас больше никого не осталось. Мы до сих пор производим компьютеры, и их продажи растут намного быстрее остальной компьютерной индустрии».

Изменился и сам Mac. После покупки NeXT в 1996 году и возврата Стива Джобса в Apple на них начали устанавливать совершенно другую операционную систему, полностью отличающуюся от оригинала. Компьютер дебютировал в виде моноблока, но в настоящее время более двух третей всех продаваемых Маков представляют из себя ноутбуки.

«В том Маке было применено столько ценных идей, что он по-прежнему остается узнаваемым», — продолжает Шиллер. Команда инженеров Apple, которая занималась его разработкой на протяжении многих лет, имела возможность отбросить все лишнее, но оригинальная концепция оказалась настолько удачной, что спустя 30 лет Mac по-прежнему остается самим собой.

«Метафора Mac стала итогом невероятного мыслительного и творческого процесса, — вспоминает Бад Триббл (Bud Tribble), ныне вице-президент Apple по программным технологиям, который в 1984 году входил в команду разработчиков Macintosh. — В его основе лежал основополагающий принцип: компьютер должен быть легким и простым в освоении. Он должен подчиниться человеку, а не сломить его волю — это применимо и к другим нашим продуктам».

В тени iPhone

Нынешняя Apple известна не только Маками. За последнее десятилетие сначала iPod, а теперь iPhone и iPad являлись в наиболее доходными и динамично развивающимися продуктами компании. В связи с этим многие предполагали, что время Mac на исходе, и он больше не важен для бизнеса Apple. Но поговорите с Шиллером, Трибблом и Крейгом Федериги, и вы услышите совсем другую историю.

По словам Триббла, работа аппаратной и программной команды Apple над новыми мобильными продуктами резко активизировала развитие яблочных компьютеров: «Это что-то вроде обобщения идей, по сути дела, разработчики Mac и iOS — это одна и та же команда, и она продвинула Mac намного дальше, чем я думал».

«Опыт и ощущения, которые мы пытаемся передать людям, не изменились, — продолжает Шиллер. — Если вы посмотрите на то, что мы сделали с мультитач-жестами и трекпадом Mac, как это работает на персональном компьютер и одновременно на мобильных устройствах, начиная от iPod touch и заканчивая iPad… Это очень здорово».

Успех iPhone и iPad также позволил некоторым предположить, что Mac находится на пути сближения с iOS, и в конце-концов продукты компании получат один единый интерфейс. Подозрения усилились после того, как Федериги возглавил команды по разработке мобильного и десктопного программного обеспечения, но сам Крейг твердо убежден, что Mac всегда останется самим собой.

«Интерфейсы OS X и iOS отличаются друг от друга не потому, что одна операционная система пришла позже другой, или одна из них является старой, а другая — новой. Просто использование клавиатуры и мыши отличается от прикосновений пальцами к экрану. Это устройство, — говорит Федериги, указывая на экран MacBook Air, — в течение 30 лет „затачивалось“ под клавиатуру и мышь».

Руководители Apple ясно дали понять, что по их мнению все конкуренты, пытающиеся встроить сенсорный экран в PC или присоединить внешнюю клавиатуру к планшету, выбрали неправильный путь: «В том, чтобы прилепить сенсорный экран к компьютерному железу, нет ничего сложного. Но получит ли пользователь хорошие впечателния от работы с таким устройством? — задает встречный вопрос Федериги. — Мы уверены, что нет».

«Мы не тратим время, размышляя над следующим вопросом: „Но ведь это должен быть один [интерфейс]! Как бы нам объединить эти [операционные системы] в одну?“ Представляете, какая была бы колоссальная трата энергии?» — подхватывает Шиллер. Тем не менее, Фил добавил, что Apple постоянно пытается устранить трудности, с которыми могут столкнуться клиенты при переключении между Mac и iOS-устройствами.

«Кто вообще сказал, что [OS X и iOS] должны быть одинаковыми вне зависимости от их целей? Неужели мы должны объединить их только ради самого процесса объединения? В этом совершенно нет смысла, — говорит Федериги. — Вам вряд ли понравится, что Mac станет хуже, если кто-то попытается превратить его в iOS. В то же время, вам бы не хотелось чувствовать, что iOS разработана одной компанией, а Mac — другой, и что у этих компаний разнится видение продуктов. У нас есть общее чувство эстетики, нами движет общий набор принципов, и мы разрабатываем лучше продукты, которые подходят для определенных целей. Поэтому вы увидите сходство платформ там, где это имеет смысл, и увидите разницу в моментах, критичных для их сути».

Один кусочек паззла

Когда говоришь с руководством Apple, становится понятно, что по мнению компании люди не должны выбрать между ноутбуком, планшетом и смартфоном. Каждый из продуктов компании хорош в выполнении определенных задач, поэтому пользователи должны иметь возможность легко переключаться между ними. Вот почему спустя 30 лет Mac по-прежнему актуален — порой устройство с клавиатурой и трекпадом является лучшим инструментом для работы.

«Дело не в выборе единственно верного устройства, — продолжает Шиллер. — В мире, где у людей есть и телефоны, и планшеты, и компьютеры, вам не приходится выбирать. Поэтому на первый план выходит то, насколько легко переключаться между ними. Совершенно необязательно, чтобы один человек пользовался только ноутбуками, а другой — только планшетами, это неправильно».

Когда я пришел в штаб-квартиру Apple, каждый из руководителей отметил, что я принес с собой телефон, планшет и ноутбук, и в качестве инструмента для проведения интервью выбрал именно MacBook Air. Все-таки писать на iPad о 30-летнем юбилее Mac в определенном смысле было бы предательством.

«У вас много устройств — сказал Федериги, указывая на мою сумку. — Но вы взяли именно то, которое лучше всего подойдет для выполнения данной задачи». Порой мы выбираем большой дисплей, на котором можно открыть много различных окон, а иногда мы просто хотим откинуться на спинку дивана и сосредоточиться на веб-сайте. «Для многих задач существует наиболее естественный форм-фактор. Вот почему мы сосредоточены на создании оптимального опыта для различных задач, не пытаясь применять идею „один размер подойдет для всех“».

Что дальше, Mac?

Десять лет назад я задал Стиву Джобсу вопрос о долгосрочном будущем компьютеров Apple. В то время iPod продавался сумасшедшими тиражами, и все задавались вопросом, как скоро компания прекратит выпускать Mac. Поэтому я и поинтересовался у Джобса, останется ли он важной частью будущего Apple. Стив ответил «конечно!»

Спустя десятилетие есть смысл вновь задать этот вопрос, даже если я и сам хорошо знал, каким будет ответ. Шиллер, Федериги и Триббл говорили о Mac, как о важной части стратегии компании. На самом деле, по словам Шиллера, успех iPhone и iPad в некотором смысле снял часть давления на Apple и дает ей свободу экспериментировать с Маками.

«Mac играет очень важную роль, — сказал Фил Шиллер в завершение беседы. — В сочетании со смартфонами и планшетами он позволяет выбрать, какое устройство вы захотите использовать. На наш взгляд, Mac будет с нами вечно, потому что он обладает очень ценными отличительными признаками».

Надеюсь, они правы.


Читайте также: